[indent] Ей потребуется вся бравада, на которую она вообще способна, чтобы пережить эти дни и разумнее, наверное, не будет тратить её в первый же день и в первые же часы.
Ей претит изображать покорность. Перед кем? Перед ним? Он разрушает всё, чего касается - он уничтожает, подминая под себя и врагов и союзников. Так кем же станет для него Гвен? Очередной трофей?
  Свыкаться с этим она не станет. Не собирается, не будет. Даже если это станет её последним действием... Но отец.
Гвен не стоит забывать о заложнике, о подлости из-за которой она в первую очередь вообще согласилась на то, чтобы поехать в это самое путешествие. Мёрдок чётко дал понять - или она едет и остаётся хотя бы при какой-то семье, или остаётся. Остаётся совершенно одна.
  Он не намерен делать ей поблажек, в его игре жесткие наказания за нарушения правил, но он никогда не озвучивает все правила. Так, видимо, ему проще контролировать. И поле для игры и её саму. А что Мёрдок любит больше контроля? 
   Наверное, силу. Власть, которая и есть одно из проявлений силы. Гвен такую тягу не понимала. Сила не сделает тебя счастливым, какой наивной и глупой бы её за это он не обзывал, но ей кажется, что в этом вопросе она кое-что да знает.
   У неё была сила. И с силой наступило полное одиночество. Она потеряла Питера. От неё отдалился Гарри. Она сама отстранилась от отца. Практически потеряла всех тех, кого любит. И это, именно это, а не то, что там навыдумывал себе этот ублюдок! - и сделало её слабее.
  Одиночество подтачивает изнутри, порождает страхи, запутывает, подменяя собой всё то, к чему ты стремился, умножая всю боль, которую ты испытываешь. Гвен знает, к несчастью - не понаслышке. Когда Гарри стал Ящером - весь мир Стейси снова перевернулся к чертям. Всё то, что она так долго пыталась привести хотя бы в какое-то подобие порядка и баланса снова полетело в тартарары и ей стало страшно. Страшнее, чем в первый раз, когда она увидела того монстра.
  Она испугалась, что вновь потеряет того, кого любит. Того, кто ей дорог.
Теперь - Мёрдок ровно этот страх против неё использует. Он угрожает не напрямую, потому что за себя она уже, кажется, слишком давно не боится. Он угрожает тому единственному человеку, что у неё остался в качестве семьи.
  Наверное, Мёрдоку кажется это занятным. Видеть как она из кожи вон лезет защищая своего отца, который ещё недавно сам рвался засадить Женщину-паука за решётку и даже не догадывался, что под маской - его родная дочь. Наверное, это кажется ему ироничным. Вероятно - добавляет определённого азарта во всё это цирковое представление, во время которого под куполом уродливого шатра его шапито - Гвен выполняет один смертельный трюк за другим.
  Она не надеется на страховочную сетку. Мёрдок не допустит, чтобы такая существовала. Она не надеется на помощь из вне. Да и кому жаловаться? В ЩИТ? Так она вроде как самолично помогла Мёрдоку выкрасть Шёлк из их какой-то там суперохраняемой тюрьмы. С чего бы им ей помогать?
Такие как Фьюри не прощают ошибок. Даже таким как Гвен. Наверное правильнее будет сказать - особенно таким, как Гвен.
  У неё же есть сила, способности. А она тратит их на помощь какой-то странной и преступной организации? Да, она пытается защитить своего отца, но разве одна жизнь стоит больше, чем все те, которые она самолично подвергает опасности помогая Мёрдоку?
   Ей бы стоило задумываться над такими вопросами. Не раз и не два ставить перед собой эти чаши весов и пытаться осознать последствия своих поступков, своей "помощи" Руке. Но Стейси страшно. Ведь даже считая, что она делает всё правильно - она совершает так много ошибок. И на каждой Мёрдок ловит её за руку. Тычет носом и улыбается. О, как же он любит ей улыбаться.
Гвен бесится, безумно но и ответить ему чем-то пока не может. Нужно быть умнее. Нужно быть собраннее. Нужно, наконец, отобрать у него любую пародию на преимущество. Но как?
  Его хладнокровное "беги" перед посадкой - отдаётся эхом и возвращается вновь и вновь, пока она пристёгивает ремень, вернувшись на своё кресло. Пока она цепляется пальцами за подлокотники при посадке самолёта. Пока ждёт остановки движения, пока вынимает с верхней полки свой рюкзак с куцыми пожитками что собрала в эту поездку.
  Ладонь касается поясницы, будто бы подталкивая идти вперёд, но это всего лишь очередная форма контроля. Она не пытается её сбросить с себя, это глупо. А Гвен уже устала совершать глупости. Ей хочется чтобы это всё поскорее закончилось, а пока - самое простое в её ситуации - следовать его указаниям. Садиться в машину, молча следовать до нужного места, поглядывая в окно, ждать в лобби отеля, когда им выдадут ключи. Просто ждать.
- Один номер? - она смотрит на карту в его руке. - Ты издеваешься? Я не стану жить с тобой в одном номере, Мёрдок. - плевать на сцену, которую она устраивает. Плевать на то, что он сейчас как никогда ранее больше шансов имеет просто схватить её и потащить туда, куда собирался. - Ты настолько боишься меня? - она почти шипит, сузив глаза, пока смеряет его взглядом полным отвращения. - А если нет - то зачем этот цирк?
   Ещё один опасный кульбит над самой пропастью. Хорошо ли ты его продумала, Гвен Стейси?